Для детей







Мультфильм "Маша больше не лентяйка"

Мультфильм "Ангел" по мотивам сказки  Г.Х.Андерсена 

Мультфильм о батюшке Серафиме Саровском



 Мультфильм "Это мой выбор"



Художественный фильм "Щенок"

Мультфильм "Лунная дорожка"

Мультфильм  "Рождество Христово"

                                    

                         СКАЗКА О СЕНТИМЕНТАЛЬНОМ ВОЛКЕ

Это сказка о сентиментальном волке, который был очень одинок, потому что волчья стая отвергла его.

Он был не такой, как все волки. Он был совсем другим. Он писал стихи, любил слушать птичье пение, никогда не ел мяса и за всю свою жизнь не обидел и мухи. В его рацион входили лесные грибы и ягоды, заячья капуста и щавель. А еще он любил собирать цветы и глядеть на небо, на плывущие облака. 

Жил волк под большим старым дубом на лесной поляне. Вернее сказать на развесистом дубе. Потому, что он спал в гамаке. Гамак оставили в лесу забывчивые туристы. Волк перевесил гамак на дуб. Он очень любил смотреть на звездное небо. О, сколько удивительных историй могут рассказать звезды! А сколько воспоминаний приносит с собою тихая летняя ночь.

Часто, глядя на небо, волк вспоминал свою маму, ее тихий ласковый голос, ее песни и сказки. Ему становилось грустно и радостно одновременно. И он тихо плакал. Мама называла его Стефиком, тихо гладила по голове и говорила:

– Милый мой, Стефик, мир велик и прекрасен и, если относиться к нему с любовью, то он не причинит тебе зла. Все в этом мире продуманно, взаимосвязано, и нет ничего лишнего или не нужного. Все имеет свое значение. Потому, что природа – это гармония. 

Возьми любой цветок и рассмотри его. Какие удивительные линии, совершенные формы, неповторимый цвет, свой, не сравнимый ни с чем запах. И везде индивидуальность. А у живых существ – свой характер, мимика, жесты, свое понимание мира. 

Учись слышать мир, понимать все живое и неживое, и цени каждый день, посланный нам Богом. Никогда не обижай никого, кто тебя слабее. Не твори зла. Зло имеет свойство накапливаться и возвращаться к нам. И тогда случается трагедия, приходит расплата. 

Так говорила мама Стефика. И иногда среди ночи  Стефику чудился ее тихий, родной голос. Особенно когда ему было очень одиноко. Но наступало утро, просыпались птицы, на лесную поляну, где рос большой дуб, прилетали необычайно красивые бабочки. И Стефик любовался их веселой игрой, собирал цветы. Ему уже не было так одиноко.

Однажды он сплел для себя красивый венок из ромашек, прилег на нежную траву и залюбовался плывущими по небу облаками. Потом, незаметно для себя задремал.

 Разбудили его детские голоса. Стефик хотел убежать и спрятаться в дупле, как он это всегда делал, но его что-то остановило, и он продолжал лежать на траве, чуть приоткрыв левый глаз. Возле него стояли два маленьких зайчонка – девочка и мальчик. Это потому, что на одном были серые штанишки, а на другой –  клетчатая юбочка и голубая косынка. В руках у зайчат было по маленькому лукошку. 

– Смотри, какая смешная собачка. Сплела венок из ромашек и спит.

– Идем, бабушка не велела нам ни с кем разговаривать. Нам нужно идти за малиной.

– Ой, гляди, а у нее один глазок глядит.

В это время Стефику попала в нос тоненькая травинка и он : “ А– п– чхи!” – чихнул.

Зайчата бросились наутек. Стефани  встал, огляделся, зайчат нигде не было. Только рядом валялось брошенное лукошко. Стефани улыбнулся, подобрал лукошко и пошел к реке. Там был прекрасный малинник. Скоро Стефани набрал полное лукошко ягод и сам вдоволь наелся крупной лесной малины.

 Он вернулся на поляну, и стал обнюхивать траву. Скоро он уловил неповторимый, детский, сладковатый запах зайчат и пошел по их следам, принюхиваясь и наклоняя голову к траве. На краю соснового бора он увидел небольшую хижинку. Из трубы валил дымок. Возле дома на аккуратных грядках росла заячья капуста. Волк тихонько подкрался к домику, поставил на крыльцо лукошко с ягодами и сверху положил венок из ромашек.

Когда Стефани вернулся домой и забрался в свой гамак, ему уже не было так одиноко.

 На следующий день он нашел возле дуба связку сушеных грибов и две пустые корзиночки. Стефани наполнил их лесной земляникой и отнес к заячьему домику. Связку грибов он повесил на дверную ручку.

Так продолжалось несколько дней. Зайчата все еще не решались открыто к нему приблизиться. Но однажды, когда Стефани угощал белок сладкой малиной, то услышал за спиной голос:

– Дяденька, а вы собачка или волк? Пепи говорит, что вы волк, а я думаю, что вы собачка. Меня зовут Конни. И я вас совсем не боюсь. Вы научите меня плести венки из ромашек?

– Конечно, научу. А где твой братик?

– Бабушка послала его за хворостом. А я пошла за малиной для пирога. Вы любите пирог с малиной?

– Конечно, люблю.

– Тогда я вам принесу кусочек.

Так завязалась дружба двух маленьких зачат и одинокого, старого волка.

Стефани быстро привязался к Пепи и Конни. Они часто вместе возились на лугу, играли в прятки, собирали грибы и ягоды, качались в гамаке. Зайчата были близнецами, поэтому никогда не расставались. Стефани часто играл с зайчатами, забывая о своем возрасте. Каждый день, поджидая своих друзей, Стефани готовил для них какой – нибудь сюрприз. То сделает для Конни куклу из соломы, то — для Пепи лодочку из сучка дерева, то наберет желудей в лукошко и потом они вместе с зайчатами мастерят крохотных человечков из желудей и шишек.

Каждый раз, уходя от Стефани домой, зайчата с грустью говорили: 

— Наш добрый Стефани, ах если бы ты жил вместе с нами в нашем домике. Тогда мы бы с тобой никогда не расставались. Но наша бабушка Карилла очень строгая. Если она узнает, что мы дружим с настоящим живым волком, то больше не отпустит нас гулять.

– А где же ваши папа и мама?

– Мы этого не знаем. Бабушка не любит с нами об этом говорить. А если мы начинаем ее об этом спрашивать, то она сердиться. Говорит, что нашла нас в капусте, и просит не приставать к ней с глупыми вопросами.

Так прошло лето, наступила осень. Стефани набрал для зайчат корзину лесных яблок и поджидал их, греясь на солнышке. Но зайчата так и не пришли. Не пришли они и на следующий день, не пришли и на другой. 

Стефани загрустил, жизнь теперь для него казалась пустой и безрадостной. Стефани заболел. Он несколько дней ничего не ел и не пил. Он лежал в своем старом гамаке и смотрел на плывущие по небу тучи. Потом пошел холодный дождь. Стефани лежал под дождем холодный, голодный и никому не нужный. Он попытался выбраться из гамака, чтобы укрыться от дождя и согреться. Но силы покинули его, и он провалился в небытие.

Очнулся Стефани от того, что кто-то укрывал его теплым пледом. Потом ласковые руки приподняли его голову и влили в рот теплый бульон. Стефани приоткрыл глаза и простонал. Все его тело ныло, словно избитое палками. Каждый сустав давал о себе знать. Густая пелена застилала глаза. В виски ударяли невидимые молоточки. 

Стефани сделал еще глоток и еще. Приятное тепло разлилось от живота по всему телу, унимая дрожь. Стефани попытался разглядеть своего нежданного спасителя. И вот дымка рассеялась. Перед ним на березовом пне сидела старая полноватая зайчиха, в чепце и переднике. Она сидела и вытирала платочком глаза:

–Простите меня. Я – глупая старая зайчиха. Это я запретила зайчатам приходить к вам. Я просто запаниковала. А они так плакали, и три дня ничего не ели. А потом все равно убежали к вам. Промочили лапки и теперь у них жар. Они так плакали, они мне сказали, что вы умираете и вам некому подать даже стакан воды. Может быть, вы сможете подняться? Зайчата там совсем одни. 

Волк нашел в себе силы и с помощью зайчихи вылез из гамака. Потом Стефани, опираясь на плечо старой Кориллы, доплелся до заячьего домика. Здесь Корилла помогла Стефани забраться на теплую печку.

 За ночь Стефани так прокалил свои старые косточки, что утром уже чувствовал себя довольно сносно. Он сходил к старому дубу и принес для зайчат корзинку с яблоками. Теперь он сидел возле них и ждал, когда они проснутся.

Первой открыла глаза Конни:

 — Стефани, милый Стефани! Ты к нам пришел!

 И она стала тормошить  спящего Пепи:

— Вставай, соня, смотри, кто к нам пришел!

И зайчата устроили веселую возню на коленях у старого Стефани. Потом Корилла позвала все за стол. И семья уселась пить чай с малиновым пирогом. С тех пор старый Стефани поселился в заячьем домике. Днем он гулял с зайчатами, собирал хворост, учил их писать и считать. А по вечерам рассказывал им сказки или читал стихи: 


Заяц морковь поливает из лейки,

Но, утомившись, присел на скамейке.

С грустью глядит на большой огород.

Кто мне морковку сегодня польет?


На улице шел холодный дождь, а потом снег... А в маленьком заячьем домике потрескивал хворост в печи. Было тепло и уютно, и пахло пирогами с яблоками.

                                                    
                                                            Художник Елена Сибирева (Москва)


 



 Когда зажгутся все созвездия


 Когда зажгутся все созвездия

 И светлый праздник Рождества

 Наполнит все дома весельем,

 То не испортим торжества.

 Простим все боли и обиды, 

 Забудем тягостные дни.

 Сегодня в мир Христос родился!

 Теперь мы с вами не одни!

 И пусть сияют все созвездия

 И станет шире млечный путь.

 Христос родился! Свет явился!

 Звезда взошла! Скорее в путь!




                                   Рождественская сказка

                


Жила-была девочка. И до того она была хороша собой, что родители в ней души не чаяли. Мама всегда одевала ее нарядно. А когда девочка с мамой и папой выходила на прогулку, то все знакомые так и говорили:
— Какая же красавица у вас дочка!
 Родителям это очень нравилось, и они еще больше баловали свое дитя. Если девочка чего-то хотела, то начинала громко плакать, падала на пол и била ногами. Она не успокаивалась до тех пор, пока родители не исполняли ее желание.
Время шло, девочка росла. Она становилась все красивее и красивее. Она подолгу просиживала перед зеркалом и любовалась своей красотой.
Но вот однажды отец пришел с работы раньше обычного. Он тихо сказал:
— Меня уволили.
 Прошел к себе в комнату и долго не выходил оттуда.
С этого дня все в доме изменилось. Отец сделался угрюмым и неразговорчивым, девочке перестали покупать красивые платья. Но она не хотела с этим смириться, кричала и обвиняла своих родителей в том, что они ее не любят. В доме участились ссоры.
Мать приходила с работы очень усталая. Теперь она не справлялась так ловко, как раньше, с домашней работой. Она просила свою дочку помочь ей помыть посуду или вымыть полы. Но девочка всегда ссылалась на важные дела или просто говорила:
— Сделаешь сама, не барыня. Ведь это твои дела, а не мои.
 Мать вздыхала, потихоньку плакала, но не спорила.
 Шли годы. Не стало отца. Он умер в больнице так же тихо, как и жил. Какая-то глупая инфекция, отек легких. После его похорон мать девочки еще больше постарела, согнулась. Но девочка, кажется, не замечала этого, или делала вид, что не замечает. Она бегала к подругам, громко смеялась, так же любовалась своим отражением в зеркале. Она часто заставала свою мать стоящей на коленях перед маленькой старой иконкой в углу комнаты. Ей казалось, что мать ее сходит с ума, и она говорила ей:
—  Мать, перестань валять дурака, ты еще молодая, возьми себя в руки.
 А мать все плакала и молилась.
Однажды она пришла с работы и вспомнила, что не купила хлеба. Она так устала, у нее так болела голова, что, кажется, уже не было никаких сил ни на что.
 Она попросила девочку:
— Дочка, сбегай за хлебом. Для тебя это минутное дело. А я сегодня так устала.
 Но девочка даже не повернула голову. Она сделала вид, что увлечена чтением и зажала уши руками.
 Мать вздохнула, надела старенькое пальто и пошла на улицу. Она добрела до булочной, купила хлеба, связку баранок. Но когда возвращалась домой, то неловко ступила. Нога подвернулась и... женщина, охнув, упала на бок, подмяв под себя ногу. Страшная, нестерпимая боль охватила ее. Нога на глазах стала синеть и опухать. Прохожие вызвали скорую…
Теперь уютную квартирку наших знакомых стало не узнать. Комнаты не убраны. Кругом разбросаны книги, вещи, куда-то пропали цветы с окон. На кухне гора немытой посуды. Мать уже три недели не встает с постели. Девочка почти не бывает дома. Хорошо еще соседка сердобольная помогает, заходит покормить больную женщину.
Но вот однажды…
Но нет, буду рассказывать все по порядку.
Был вечер, удивительный вечер в канун Рождества. На улице тихо падал снег. В окнах домов горели зажженные елки, куда-то спешили прохожие. Больная мать девочки тихо лежала на своей кровати и шептала слова молитвы:
 — Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас, грешных.
 Девочка листала журнал, где заграничные красавицы были укутаны в дорогие меха, блистали нарядными платьями, мечтала, мечтала…
В дверь тихо постучали. Еще... и еще, настойчивее. Девочке так не хотелось идти к двери. Она проворчала:
— Кого там еще черти несут?
  И пошла открывать дверь.
На пороге стояла старушка, сухая, сгорбленная. Почему-то она была очень легко одета. Шерстяное платье и шаль. Старушка попросилась погреться. Девочка хотела прогнать ее. Она терпеть не могла нищих, но что-то ее остановило.
 Она спросила:
 — А кто ты такая?
— Я, – ответила старушка, – я – твоя последняя надежда. Мне многого не надо. Я посижу тихонько, выпью чашку чая и уйду. А тебе я за хлопоты заплачу. У меня есть удивительное зеркальце, в котором человек может видеть не только свое лицо, но и душу. Мне оно ни к чему. Да и не подобает старой женщине любоваться в зеркальце. А ты — вон какая красавица. Верно у тебя и душа так же хороша, как и лицо?
— Давай мне зеркальце! – сказала девочка.
—  Нет, – ответила старушка,– Зеркальце я отдам, когда буду уходить. Ведь все так делают?
—А ты не обманешь? – спросила девочка.
— Нет, зачем же. Я вообще никогда никого не обманываю. Тем более сегодня,–ответила старушка и прошла в комнату.
Она обвела комнату взглядом – кровать, где лежала больная мать, стол с разбросанными журналами, грязный пол и, вздохнув, что-то прошептала очень тихо. Но мать, которая не спала и наблюдала за происходящим, вздрогнула и подняла глаза на старушку. Их взгляды встретились... и... разошлись. Но женщину охватило странное волнение, и слеза скатилась по ее щеке. Девочка повела старушку на кухню.
— Вот чайник, заварка, сахар. Пей, грейся и уходи.
 Старушка поставила чайник на плиту. Через несколько минут чайник запел, тихо, по-домашнему. Старушка перемыла посуду, замела на кухне пол. Налила себе чашку чая и начала пить. Она пила чай не спеша, с наслаждением. Она наливала чай из чашки в блюдце, дула на него и, откусив кусочек сахара, прихлебывала. Дом наполнился удивительным ароматом малины, черной смородины и еще чего-то такого знакомого, из детства. Мать попросила дочку принести для нее чашечку чая. Но девочка зло посмотрела на мать и сказала:
        — Сколько можно поить тебя чаем? Я уже поила тебя сегодня. И вообще, я тебе не прислуга.
Старушка слышала слова девочки, покачала головой. Налила чашку чая и отнесла больной женщине. Потом она подошла к двери и сказала девочке:
— Пожалуй, мне уже пора уходить. В этом доме очень трудно согреться, здесь нет тепла. Вот зеркальце, которое я обещала. Возьми его. Но помни, что оно отражает не только внешность человека, но и его душу.
Девочка увидела зеркальце. Удивительной работы была эта вещь. Оно лежало на столике в прихожей, и сотни огоньков отражались от его хрустальной оправы. Оно так и играло и просилось в руки. Она видела нечто подобное в одном богатом доме. Но там было большое зеркало. А это была изящная вещица, которую так приятно держать в руках. Ну теперь-то ее подруги лопнут от зависти. Ну и дура эта старуха, просто так отдала такую дорогую вещь. Девочка заглянула в зеркальце. На нее смотрела красавица, действительно красавица. Хрустальная оправа смотрелась, как корона на голове девочки. Девочка смотрела еще и еще, потом начала кружиться по комнате и хохотать. До чего же она хороша!
Но, что это случилось? Поверхность зеркальца покрылась какой-то дымкой, изображение исчезло. Девочка протерла глаза. Нет, нет она ничего не видит. Она подошла к лампе, здесь свет был ярче и… О, Боже, на нее смотрело мерзкое, отвратительное лицо, перекошенное злобой. Серые колючие глаза, поджатые губы. Девочка застыла от ужаса. Швырнула зеркальце, как ядовитую змею, на пол и отскочила в сторону. Что же это такое? Что за шутки? А где же эта старуха?
Девочка посмотрела на дверь, – старухи уже не было. Далеко уйти она не могла. Девочка бросилась на улицу в чем была, в одном платье. Но на улице тоже никого не было. Было тихо, снег уже не шел. Небо прояснилось, и на нем выступили звезды.
Девочка постояла немного. Она уже начинала замерзать. Потом она, как бы нехотя, повернулась и пошла домой.
С нею что-то случилось, что-то оборвалось внутри. Она лихорадочно перебирала события сегодняшнего дня, потом приход старушки, ее слова:
– Я – твоя последняя надежда.
Девочка открыла дверь, вошла, как будто впервые увидела комнату. На кровати лежала больная мать. Она спала. Как провалились у нее глаза. Как она постарела. Девочка прошла в свою комнату. Увидела куклу, сидящую на кровати. Эту куклу подарил ей отец. Они покупали ее вместе в большом и красивом магазине. Девочка прижала куклу к груди и заплакала. Слезы катились из глаз сплошным потоком, потом они перешли в рыдание.
Нет, это не была жалость к себе, это был стыд за себя, отвращение к себе, осознание всей своей мерзости и низости. Девочка не помнила, сколько она плакала. Она очнулась от того, что ей было холодно. Она лежала на полу. Рядом с нею на полу лежала ее любимая старая кукла. Девочка встала. Подошла к матери и тихо сказала:
– Мама, прости меня. Я самая плохая дочь на свете. Прости меня. У меня самая отвратительная и мерзкая душа из тех, какие только бывают у людей. Мне страшно, мама. Помоги мне. Я исправлюсь. Ты слышишь? Я больше не буду такой никогда! Ты слышишь, ни когда!
А потом они долго плакали вместе. Обнимали друг друга и плакали. Мать гладила свою дочь по голове и шептала ей ласковые слова, те из далекого детства девочки, когда она прибегала к маме, больно ударив ногу или чего-то испугавшись.


Бедная женщина была еще очень слаба, но она была очень счастлива, ведь Господь услышал ее молитвы и растопил ледяное сердце ее дочери.
– Мама, но кто была эта старушка, которая к нам приходила? Я хотела догнать ее, но ее не было на улице, она исчезла.
Девочка села на край кровати и сжала руку матери.
– К тебе приходил твой Ангел–Хранитель. Его послал Сам Господь. Ведь сегодня Рождество.
– Мама, а давай выключим свет и посидим в темноте, помнишь, мы всегда так сидели с тобой, когда я была маленькой и не хотела спать.
– Помню.
Девочка встала , выключила свет. Она раздвинула шторы на окнах. На улице снова шел снег. Тихий, крупный снег.
Девочка и ее мать долго сидели и молча смотрели, как за окном падает снег. Им было очень хорошо вдвоем. Было тихо, спокойно и тепло.
А впереди у них была длинная-длинная жизнь.
На следующий день женщина почувствовала себя лучше, начала ставать и потихоньку ходить по комнате.
Они долго искали  с дочерью зеркальце, но так и не нашли его. Оно пропало.

   

                                    ВОЛШЕБНЫЕ КРАСКИ


                                                     http://www.chitalnya.ru/work/585968/

          В одном большом доме у одних родителей жил мальчик, очень хороший и добрый мальчик. У него было много игрушек, у него были красивые книжки с яркими картинками. Он ходил в детский сад. И звали мальчика Витя. И все было бы хорошо у этого мальчика. Если бы… Но буду рассказывать все по порядку…
Однажды Витя пришел из садика очень расстроенный. Он не стал играть в свои игрушки, он не стал рассматривать свои книжки. Он подошел к маме, обнял ее и тихо сказал:
– Я, наверное, больше не пойду в садик. Уж лучше я буду целый день сидеть один дома.
– Это почему же? Что-то случилось, Витя? И почему ты такой расстроенный? Тебя кто-то обидел?
      – Мальчишки дразнятся. Витя – Неумитя, Витя – Неумитя...         
– А почему же они тебя дразнят?
– Потому, что я не умею рисовать. Они умеют, а я не умею. Они уже рисуют и машины, и дома, и самолеты. А у меня ничего не получается. Наверное я какой-то не такой.
И Витя обиженно зашмыгал носом.
– Почему не такой? Ты такой! Ты такой же, как все. А для меня ты —  самый хороший мальчик на свете. А рисовать мы с тобою научимся. Вот я закончу готовить ужин, и мы сядем с тобою рядышком и будем рисовать. Хорошо?
– Нет. Я уже сто раз пробовал. Наверно в детстве я упал с балкона и стукнулся головой. Очень сильно стукнулся.
– С чего ты это взял? Ни с какого балкона ты не падал. И кто тебе сказал такую чушь?
– Папа сказал.
– Ну это он пошутил. А я с ним вечером серьезно поговорю, не падал ли он сам откуда-нибудь в детстве.
Вечером мама достала карандаши, бумагу, фломастеры.
– Вот смотри, Витя, это – трава, это – деревья, это – домик в лесу. Вот солнышко, тучка. А это – птицы летят по небу.
– На юг?
– На юг. На, попробуй сам.
– Нет, я даже пробовать не буду. У меня никогда так не получится. Я только все испорчу.
И Витя отодвинул бумагу.
– Что же нам делать? Положение действительно серьезное.
Мама убрала рисунки, но потом заговорнически проговорила:
— Я знаю, что нам делать. Нужно найти волшебный магазин и купить там волшебные краски.
– А разве бывает волшебный магазин?
– Конечно, бывает. Где, ты думаешь, можно купить шапку – невидимку или ковер – самолет? Конечно же в волшебном магазине.
– А может, и нам тогда уж лучше сразу купить шапку-невидимку?
– Ну, нет, Витя. На шапку-невидимку у меня денег не хватит. Она о-го-го сколько стоит! А вот волшебные краски, я думаю, осилю.
– А когда ты мне их купишь?
– Как только узнаю, где у нас в городе волшебный магазин, так и куплю.
И вот однажды мама объявила Вите:
– Я достала настоящие волшебные краски. У меня даже хватило денег на небольшую волшебную кисточку. Витя, затаив дыхание, следил за тем, как мама доставала из сумки заветную коробочку. Он, не веря в свое счастье, дрожащими от волнения руками принял эту коробочку, прижал ее к груди и прошептал:
– А они в самом деле волшебные?
– Конечно. На них так и написано: “Медовые краски СКАЗОЧНЫЕ”. И знаешь, кто мне их продал? Самый настоящий волшебник. В большой шляпе, в розовых перчатках и синем плаще.
– Мама, а можно мне открыть коробочку?
– Конечно же. Давай, поглядим.
Витя открыл коробочку. В ней было семь красок: красная, оранжевая, желтая, зеленая, белая, синяя и фиолетовая.
– Какие красивые. Хочешь, Витя, мы прямо сейчас их проверим?
– Нет, только не сейчас. Потом.
– А когда же потом? Когда захотим нарисовать что-нибудь замечательное? Что-нибудь необычное?
И Витя убрал свои волшебные краски на полку, где у него лежали самые дорогие вещи – речные камешки, ракушка и сломанные солдатики.
И вот однажды… Витя сидел дома. Не потому, что заболел, просто было воскресенье. Папа ушел в гараж, мама пекла пироги на кухне. А за окном шел дождь. Но не простой грустный дождь. А веселый летний дождь.
Под окном Витиного дома была замечательная большая лужа. У нее-то и затеяли возню соседские мальчишки. Они кидали в лужу камни и хохотали. Дождь загнал мальчишек в подъезд, но они все равно выпрыгивали под дождь и, добежав до лужи и бросив в нее камень, стрелой мчались под навес входной двери.    
Витя вышел на балкон, чтобы лучше видеть то, что происходит во дворе.
 Вот дождь кончился. Небо очистилось, и ослепительное солнце залило все кругом радостным чистым светом.
 Витя смотрел вслед улетающей туче —  на сочную зелень травы, на ласточек, взмывающих высоко в небо, на мальчишек у большой замечательной лужи во дворе. А мама хлопотала на кухне над пирогами. Да нет-нет поглядывала, что делает Витя на балконе. Ведь еще ребенок.
 Она поставила пироги в духовку. Тесто сегодня получилось воздушное, даже попискивало, когда она его раскатывала.
– Мама! Мама! Радуга! Беги скорее сюда! Смотри, какая радуга!
Мама вышла к Вите на балкон и вместе с ним замерла в немом изумлении. Огромная разноцветная радуга пролегла через все небо от леса к реке.
– Какое чудо, Витя! Какая красота! Но она скоро растает. Вот если бы ее нарисовать! А где наши волшебные краски?
Мама принесла бумагу, краски, баночку с водой, разложила все это на табурете перед Витей. Витя присел на корточки.
– А у меня получится?
– Получится. Рисуй. Начни с красного.
Витя взял в руки кисточку, макнул ее в воду, потом в красную краску и провел через лист красную дугообразную полосу.
– А теперь возьми оранжевую краску.
– Как апельсин?
– Как апельсин.
И Витя провел рядышком оранжевую дугу.
– А теперь?
– А теперь желтая.
– Желтая, как цыпленочек?
– Желтая, как цыпленочек.
И на бумаге легла третья, желтая полоса.
– Следующая – зеленая.
– Зеленая, как травка?
– Зеленая, как травка.
– А теперь какую?
– А теперь голубая. Но жаль, у нас нет голубой. Ну, что ж, давай возьмем синюю.
Синяя полоса легла рядом с зеленой.
– Ну и последняя фиолетовая. Вот, смотри, Витя, что у тебя получилось. Настоящая радуга. Как живая. И ты сам ее нарисовал.
– Мама, так что же это выходит? Что ли я теперь значит, сам умею рисовать? Сам умею?
– Конечно, умеешь. Ведь ты сам нарисовал радугу. Такую красивую.
– Так, значит, я теперь смогу нарисовать и машины, и самолеты, и птичек, и цветы?
– Конечно, сумеешь. Ведь у тебя теперь есть волшебные краски. У тебя все получится, Витя.
– Все получится? Как здорово, мама!
С тех пор Витя больше никогда не приходил из детского сада расстроенным.

                                                                                   Е.Потехина


Комментариев нет:

Отправить комментарий